РАССТАНОВКИ ПО ХЕЛЛИНГЕРУ. МЕТОД ПСИХОТЕРАПИИ ИЛИ ОПАСНОЕ МОШЕННИЧЕСТВО?

Метод расстановки довольно часто подвергается жесткой критике, причем в гораздо большей степени со стороны психологов, при этом, многим клиентам метод нравится. Поэтому решил написать этот пост, чтобы разобраться с сутью претензий, а заодно и сказать пару слов о психологических тренингах вообще.

Для начала рассмотрим, какого рода выдвигаются претензии к этому методу, тем более, примерно то же самое можно нередко услышать и в адрес других тренингов. Здесь все очень просто, таких претензий две, это небезопасность метода для клиента и его ненаучность.

ОПАСНАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ

Описывать расстановки подробно не буду, это тема отдельной статьи, а кто не знает что это такое, найдет описание в интернете. Но для начала скажу пару слов о сути расстановок с точки зрения возможных последствий. 

Итак. Расстановки — метод практической психологии, который представляет из себя ролевую игру — взаимодействие с другими людьми, в ходе которой для клиента, как в случае с любой другой методикой, возможно три очевидных исхода — позитивный опыт, негативный и нейтральный. Как видите я перечислил три возможных результата, а не только позитивный. И по-другому быть просто не может, ведь результаты не только тренинга, но и любой другой психологической работы, могут и должны быть разными и, если мы говорим о реально работающей практике, то мы должны принять этот факт, как данность. Именно таким и должен быть хороший психологический тренинг.

Если же в ходе психологического тренинга, индивидуальных консультаций, или психотерапии психолог гарантирует, что ваше психологическое состояние улучшится, то, почти наверняка, за этим обещанием стоит ложь, а психологическая практика, создана с целью я выманивания у вас денег.

В реальности, ухудшение психологического состояния клиента, его улучшение, его сопротивление и тому подобные драматические события —  неизбежные этапы без которых не просто не существует реальная психотерапия и каждый из этих этапов имеет свою пользу и смысл, а психологическая работа, будучи всегда  связана с существенными переменами в психологическом состоянии человека, изначально несет в себе риски того, что состояние клиента может не только временно ухудшится, что вообще то произойдет почти наверняка, но и стать стабильно хуже на достаточно продолжительный период времени. Утверждать иное, или говорить о гарантиях безопасности может лишь психолог который сознательно лжет клиенту или не понимает сути психотерапии.

Немного отойду от темы. У меня есть побочный заработок — я организую поездки в горы и некоторые из моих клиентов чрезвычайно чувствительны к вопросам безопасности. Их вопросы и беспокойства по поводу рисков — абсолютно нормальная и здоровая человеческая реакция, ведь инстинкт самосохранения у нас один из базовых. Однако, здоровая реакция заканчивается, когда вопросы по поводу практической безопасности сменяются фактическим требованием безусловных гарантий.

В таких случаях вопрос начинает звучать несколько по-другому: «А вы гарантируйте, что со мной ничего не случится?» Когда такое происходит, я всегда отвечаю, что вопрос задан не по адресу и показываю пальцем в небо, намекая на занимающуюся данной проблематикой инстанцию.

Мне кажется, что с психологией ситуация примерно та же, а психологи и клиенты, задающиеся вопросами гарантий безопасности в психологической работе, также обращают свои взгляды несколько не в том направлении. 

Так вот — любая честная психотерапия или тренинг всегда весьма рискованное мероприятие. И главный акцент здесь надо сделать на слове «честный», поскольку именно это чаще всего и связано с рисками, самый значительный из которых обычно потеря розовых очков, которые, порой, являются самой большой ценностью для клиента. И некоторые клиенты в будущем могут припомнить вам такую потерю. По этой причине лучше сразу честно сказать, что гарантий безопасности в терапии, как и  в жизни, просто нет. 

Здесь же уместно будет сказать, что в противоположность распространенному мнению, получить непростое психологическое состояние куда проще от работы с хорошим психологом. Плохой психолог просто не найдет у вас проблемные зоны, а значит и не сделает вам больно, но это не говорит о его эффективности, все ровно наоборот.

Как нетрудно заметить, эти рассуждения касаются не только расстановок, но практической психологии вообще, цель которой улучшение психологического качества жизни клиента, но в долгосрочной перспективе, ибо обещание быстрого результата (за несколько сессий), чем грешит немало психологов, в большинстве случаев лукавство, призванное заманить к себе клиента и лишить его денег, не дав ничего взамен.  

А теперь вернемся к расстановкам, а вернее ко второй претензии – это не научно.

НЕНАУЧНАЯ ПСИХОЛОГИЯ

И опять я должен констатировать, что речь пойдет не только о расстановках, но фактически о всей практической психологии целиком. 

А сейчас позвольте спросить, насколько расстановки по Хеллингеру ненаучны? По сравнению с другими направлениями психологии. 

Более ненаучны, чем коллективное бессознательное Карла Юнга и его архетипы? Чем либидо Фрейда? Более ненаучны, чем субличности Ассаджиоли или метод холотропное дыхание? А как насчет психоанализа и его интерпретаций причин состояния клиента, не имеющих под собой вообще никакого научного обоснования? А что насчет телесной терапии и ее предположений, о связи «телесных зажимов» с конкретными заболеваниями? Список можно продолжать долго. 

Здесь очевидно лишь то, что все перечисленное имеет к доказательным научным методам весьма сомнительное отношение, но при этом, это признанные во всем мире школы психологии.  

И мне кажется, что на этом фоне идея расстановок ничем не более абсурдна, чем все перечисленное.

Теперь перейдем к близкой по смыслу теме, ибо нам не обойтись без упоминания вечной проблемы психологии – насколько она научна в принципе, ведь многие ученые считают ее чуть ли не лженаукой, так правы ли они?

НАУКА ИЛИ ИСКУССТВО?

Все довольно быстро встает на свои места, если признать очевидное – психология никакая не наука, а искусство общения психолога с клиентом, которое происходит часто интуитивно, на базе умозрительных психологических теорий, которые, осмелюсь сказать, в процессе психотерапии — весьма вторичны, а значит, вопрос о необходимости их научной обоснованности повисает в воздухе. И если в основе целеполагания практической психологии стоит благо клиента, его благополучие, то не имеет принципиального значения, какое именно теоретическое обоснование стоит в основе метода и есть ли оно вообще, если метод работает.

Что до принципиальных поборников доказательного метода, то к таковым в психологии, да и то с большой натяжкой, можно отнести лишь когнитивные и поведенческие методики. Во многом еще и потому, что в их основе лежат идеи, которые более очевидны рационально мыслящим людям, коих большинство в теме психологии, как ни странно, большинство психологов вполне рациональны и наивно верят — то чем они занимаются, есть наука. 

И здесь был бы уместен небольшой совет критикам от психологии — прежде чем делать боевую стойку, скептически хихикать или крутить пальцем у виска при упоминании расстановок по Хеллингеру, посмотрите на свою собственную психологическую школу и проанализируйте ее на предмет соответствия принципам, на которых покоится строгий научный метод.

 В ЧЕМ ЗАКЛЮЧАЕТСЯ СМЫСЛ ГРУППОВЫХ ПСИХОТРЕНИНГОВ.

А теперь давайте сменим тон на прокурорский и посмотрим на групповые психологические тренинги с несколько другого ракурса, а именно, зададимся вопросом — в каких случаях они эффективны.

Дело в том, что  тренинговые методики зачастую преподносятся их авторами и последователями, как универсальные панацеи на все случаи жизни, нередко можно услышать примерно такие утверждения — наш тренинг доказал свою эффективность, послушайте что говорят наши довольные клиенты, посмотрите какой отличный метод мы используем, посмотрите как харизматичен наш гуру (тренер, автор метода — подставьте здесь нужное слово), ну и так далее.

При этом, никто из них обычно не говорит о состояниях, в котором пребывают их «довольные клиенты» через неделю, месяц, год после тренинга, а также и о том, что в основе группового тренинга чаще всего работает вовсе не чудо метод (уникальность и авторство которого порой тщательно обосновывается с «научных» позиций), а терапевтические отношения, которые складываются между участниками в процессе их игрового взаимодействия, кстати, именно здесь важную роль играет харизма руководителя, многие любители «поколбаситься» и получить кайф выбирают именно таких харизматичных «гуру», а не абы кого, и те активно этим пользуются.

К сожалению, в таких случаях внутри групп могут складываться отношения созависимости, а это всегда дает возможность для манипуляций в интересах нарциссически ориентированных тренинговых лидеров. И такое происходит совсем нередко, я сам был не раз свидетелем таких явлений.  

Теперь вернусь к вопросу об эффективности тренингов. Уверен, что любая психологическая работа с клиентом подразумевает регулярность и некоторую длительность, большинство проблем не решаются за одну — две консультации. Помимо этого, создания групповых терапевтических отношений под знаком общей идеи, что и происходит на тренингах, обычно недостаточно, нужна индивидуальная работа по нахождению и осознанию причин невротических состояний и поиску важных смыслов, руководствуясь которыми, клиент продолжит психологическую работу самостоятельно, после того, как терапия будет закончена.

Эти самостоятельные будущие действия клиента и перемены в его жизни и характере определяют во многом успех терапии. По этой причине тренинги (в том числе и расстановки), как элементы групповой терапии, могут быть рекомендованы клиенту его психологом, но лишь в рамках индивидуальной психологической работы, как дополнение к ней. При этом, психолог должен объяснить (и доказать!) клиенту, что групповая работа в тренинге, в отрыве от индивидуальной терапии, в лучшем случае даст лишь мгновенный эффект, который, скорее всего, утратит свое действие уже скоро, после того, как клиент покинет тренинговое пространство. 

В заключение вернусь к расстановкам и скажу пару слов по поводу совсем уже идиотских претензий к расстановщикам, как к сектантам, пропагандирующим зловредные идеи.

Любой психологический метод, а не только расстановки, можно превратить в оружие тоталитарной секты, цель которой не благо клиента, а благо нарциссического руководителя-гуру. Но эзотерические или просто странные идеи не приводят автоматически к таким последствиям. Конечно, такое случается, но является поводом для социального осуждения или, в каких то случаях, для уголовного преследования, но никак не для огульного и мракобесного обвинения метода во всех грехах и его запрета, что у нас в стране, увы, не является редкостью.

Помимо этого, в любой психологической школе время от времени делаются выводы, которые в контексте терапии, могут быть весьма логичными, а со стороны выглядеть, мягко говоря, странно. Такое происходит сплошь и рядом и не является чем-то необычным,  у многих школ своя логика, которая становится понятной лишь при тщательном ознакомлении с методом.

В заключение могу сказать, что многие претензии к психологии и к ее «странным» практикам, исходят из недопонимания фундаментальной разницы между «реальным» физическим миром и «виртуальным» миром человеческого сознания, с которым и работают психологи. Отсюда и непонимание того, что методы такой работы не обязательно рациональны, логичны или научно обоснованы, а предмет многих психологических направлений являет собой результат не научного эксперимента, но интуитивного прозрения их основателей, что может и не совсем научно, но зато работает на практике.

Автор — Sergey

Комментировать через Facebook

Comment